В последние месяцы общественное настроение в стране резко ухудшилось: усиливаются репрессии и запреты, блокировки интернета становятся всё более частыми, а удары по объектам инфраструктуры делают войну ощутимой для жителей многих регионов.
Три взаимосвязанных процесса
- Утрата экономического оптимизма: вместо роста — тревога и ощущение выживания.
- Изменение отношения к лидеру: власть больше не внушает уверенности, её «магия» угасает.
- Осознание невозможности быстрой победы в войне и рост страха перед новыми угрозами.
Нарушение негласного договора с обществом
Режим предложил обществу компромисс: можно жить почти как прежде, если не выступать против войны. Но в 2026 году власти сами начали нарушать этот обмен — вводя новые запреты, вторгаясь в личное пространство через контроль мессенджеров и ужесточая фискальные требования. В результате люди почувствовали себя обманутыми.
Страх как движущая сила решений власти
Ключевой мотив политики — страх: перед ударами по объектам внутри страны, перед дронами, перед информационными угрозами. Этот страх заставляет усиливать контроль и ограничивать свободы, но одновременно делает режим более уязвимым в глазах общества.
Раскол элит и политическая неуверенность
Публичные обращения и критика со стороны видных фигур выявили трения внутри правящего круга. Гражданские бюрократы пытались сдержать репрессивный порыв силовиков, а демонстративная осторожность самого руководства показывает: баланс в системе нарушен. Силовой перевес сохранится, но режим теряет единство и способность давать понятные ответы на вопросы о завершении войны.
Последствия и возможные сценарии
Система остаётся, но перестаёт восприниматься как естественная опора. Растущее недовольство, утрата доверия и раскол элит открывают новые, непредсказуемые возможности — как позитивные, так и опасные. Наступает период, когда политическое состояние меняется не мгновенно, а через длительное ослабление авторитета.
Александр Баунов
